История искусства в одном сюжете: благовещение

Александр Иванов. «Благовещение» (1850)

Государственная Третьяковская галерея / wikiart.org

Архангел Гавриил был послан с небес на землю, чтобы сообщить Марии о ее пред­­назначении. Принадлежность Марии и Гавриила к разным мирам художник подчеркивает, изображая их в разных масштабах. Архангел не просто выше Ма­рии — их фигуры несоизмеримы друг с другом. При этом компози­ционно они объединены: рука ангела попадает в круг сияния, исходящего от Марии.

Благовещение Иванова неожиданно монументально — особенно если учесть, что это акварель на бумаге. В конце 1840-х годов художник задумал цикл рос­писей на библейские сюжеты, и этот акварельный эскиз должен был впослед­ствии стать фреской (но так и не стал). В это время Иванов читал книгу немец­кого богослова Давида Штрауса «Жизнь Иисуса». Штраус считал, что евангель­ские чудеса — мифологизированные предания, часто основанные на ветхоза­ветных сюжетах, и проводил параллели между ветхо- и новозаветными сюже­тами. Именно поэтому Иванов собирался написать рядом со сценой Благове­щения явление Троицы Аврааму.

Описание

Работа состоит из большой центральной панели, изображающей Благовещение , и двух боковых панелей со святым Ансаном (слева) и святой женщиной, обычно отождествляемой со святой Максимой или святой Маргаритой, справа, и четырьмя тондо на куспидах. : Иеремия, Иезекииль, Исия и Даниил.

Деталь Ангела Благовещения

На Благовещение показывает архангел Гавриил входит в дом Девы Марии , чтобы сказать ей , что она скоро будет нести ребенка Иисуса, чье имя означает «спаситель». Габриэль держит в руке оливковую ветвь, традиционный символ мира, а другой указывает на голубя Святого Духа. Голубь спускается с небес, из центра мандорлы восьми ангелов наверху, вот-вот войдет в правое ухо Девы. Фактически, по пути голубя зрители видят высказывание Гавриила: ave gratia plena dominvs tecvm («Радуйся, благодатный, Господь с тобой»). На мантии ангела изображен подробный и тонкие позолоченные перья.

Мария, сидящая на троне, изображена в тот момент, когда она внезапно перестает читать, реагируя с изящной и сдержанной неохотой, с удивлением глядя на небесного посланника. Ее платье имеет узор в стиле арабески.

По бокам два святых покровителя собора разделены центральной сценой двумя украшенными витыми колоннами. На полностью позолоченном фоне изображена ваза с лилиями — аллегория чистоты, часто ассоциируемая с Девой Марией.

Внешнее видео

Деталь Мадонны из Благовещения

Использование готической линии, а также таких реалистичных элементов, как книга, ваза, трон, тротуар в перспективе, реалистичное действие двух фигур и их тонкие нюансы характера являются существенным отстранением от двумерности, типичной для Византийское искусство .

Благовещение у колодца (вторая половина XII века)

Bibliothèque nationale de France / MS Grec 1208

Писавшие о Благовещении богословы часто рассуждали о том, чтó в этот мо­мент чувствовала Мария, и лишь немногих занимали переживания архангела Гавриила. Среди последних — живший в XII веке монах Иаков Коккиноваф­ский, автор шести гомилий  Гомилия — проповедь с объяснением прочитанных мест Священного Писания. о жизни Богородицы. Гавриил был изрядно напу­ган порученным ему заданием. Сначала он зашел в дом Марии невидимым и был поражен ее добродетелью — настолько, что не мог подобрать подходя­щие слова. Решив, что на улице он испугает ее меньше, чем дома, Гавриил решил дождаться, когда Мария пойдет за водой, и сообщить ей но­вость у колодца (увы, это не помогло и Мария все равно испугалась).

Встречу у колодца иллюстрирует одна из миниатюр рукописи. Мария стоит к Гавриилу спиной. Услышав его голос, она поворачивает голову, испуганно вскидывая одну руку, а другой придерживая кувшин. Эта сцена часто встре­чается в византийском и древнерусском искусстве, в росписях, посвященных Благовещению.

Фасад и колокольня

Великолепный фасад Дуомо Веккьо, выполненный из белого и красного сиенского мрамора и зелёного мрамора Прато, был начат по проекту Джованни Пизано (ок. 1248-1315 гг.). Под руководством этого знаменитого скульптора-архитектора между 1284 и 1298 гг. была возведена нижняя часть здания, обогащенная очень живым скульптурным орнаментом по образцу французских моделей, с тремя большими порталами — круглым центральным и арочными боковыми, увенчанными треугольными фронтонами. Двум боковым, мощным по фактуре башням придают лёгкость вытянутые окна в нишах и декоративные скульптуры.

Сиенский собор, XIII-XIV век. Фасад

Джованни Пизано отвечал ещё и за скульптурное оформление фасада. Он создал серию из четырнадцати статуй — пророков, патриархов, языческих философов и пророчиц, всех персонажей, возвещающих о пришествии Христа на Землю. На здании церкви установлены так же и Четыре евангелиста.

Джованни Пизано, статуи фасада Сиенского собора, 1284-98 гг.

Фигуры Джованни Пизано, установленные на своих пьедесталах,  кажутся почти подвижными — они то наклоняются, то поворачивают туловище, то голову, раздувают губы, размахивают свитками в руках. Все его персонажи обладают сильным индивидуальным характером: Платон с гордостью и торжественностью открывает свой возмущенный рот. Абакук, с его большими глазами, устремленными в пустоту, вдумчивый и отсутствующий. Симеон, с бородой как львиная грива и лохматыми волосами, грубоват и сердит. Мария вытянута в порыве пламенной, почти болезненной страсти. Пророки и пророчицы объединены в тесный диалог взглядов и жестов, в то время как напряжение, пронизывающее их тела, является явным выражением пылкой духовности.

Джованни Пизано, Мария, 1289-96. Мрамор, высота 1,3 м. Сиена, Музей Сиенского собора

После смерти Джованни Пизано в 1315 году, фасад ещё не был завершен. Работы возобновились, вдохновившись Собором в Орвието, из образа которого были взяты башенки, шпили и три больших треугольных башни. Исторически принято приписывать эту часть постройки скульптору Джованни ди Чекко, однако позже некоторые историки стали причислять её работе Каманьо ди Крешентино, руководителю строительством Сиенского собора с 1310 года до его смерти. Результат такого завершения оказался не совсем удачен. Отчасти потому, что он воспринимается как несколько принудительное насаждение новой части к уже существующей, выполненной Пизано — колонны по бокам центрального круглого окна не совпадают с колоннами по бокам центрального портала, а чересчур изобильная пластическая орнаментация утяжеляет поверхность фасада.

Джованни ди Чекко или Камаино ди Крешентино, верхняя часть фасада Сиенского собора, XIV век.

Колокольня высотой 77 метров была построена в 1313 году. Она выполнена в романском стиле, как и вся старая часть собора, украшенная полосами белого и зеленого мрамора, в гармонии с внешней облицовкой здания. Колокольня имеет шесть рядов окон, которые снизу начинаются с одного стрельчатого окна и заканчивается шестью: уникальное решение, так как самые большие оконные ряды колоколен состояли, как правило, максимум, из четырёх окон. Увенчана колокольня восьмиугольной пирамидой.

Колокольня Сиенского собора, начало XIV века

«Устюжское Благовещение» (1130–40-е)

Государственная Третьяковская галерея / Google Art Project / Wikimedia Commons

Создатель «Устюжского Благовещения»  Традиционное название иконы ошибочно: в XVIII веке считали, что ее привезли в Мо­скву из Устюга, но на самом деле икона была написана в Новгороде. использовал редкую для этого сюже­та иконографию. Архангел и Богородица стоят друг напротив друга. Склонив го­лову, Мария слушает Гавриила. На первый взгляд, в подобной композиции нет ничего необычного, однако, если присмотреться, на груди Марии можно раз­личить изображение Богомладенца. Этот образ прямо говорит о том, что именно с Благо­­вещением начинается земная жизнь Христа и именно в этот мо­мент он вочело­вечивается, чтобы потом погибнуть. Его грядущую смерть сим­во­лизирует одежда: на нем набедренная повязка, как на Распятии. Иисус изо­бражен отроком: эта иконография  Она называется «Эммануил» по пророчеству Исайи о том, что сыну Девы нарекут имя Еммануил, что значит «С нами Бог». (Ис. 7:14) напоминала о том, что происхождение Христа было изначально божественным, в отличие от учения Нестория.

В верхней части иконы, на облаках, мы видим изображение Господа Ветхого Денми  Господь Ветхий Денми — символическое иконографическое изображение Иисуса Христа или Бога Отца в образе седовласого старца.. Этот образ позаимствован из Книги пророка Даниила: «Видел я на­конец, что поставлены были престолы и воссел Ветхий днями; одеяние на Нем было бело, как снег, и волосы главы Его — как чистая волна; престол Его как пламя огня, колеса Его — пылающий огонь».  Дан. 7:9. В «Устюжском Благовещении» изображен и Святой Дух: его символизирует луч света, исходящий от фигуры Ветхого Денми.

Амбициозный проект

В 1339 году Генеральный совет Республики решил, что церковь, строительство которой еще не было завершено, слишком мала для такого важного города, как Сиена. Одним из главных факторов этого постановления была конкуренция Сиены с соседней Флоренцией, которая на тот момент строила свой кафедральный собор гораздо больших размеров

Поэтому был принят проект по расширению здания, превратив уже возведенную часть в поперечный неф новой церкви, фасад которой обращен на юг. Проект, названный Duomo Nuovo, был доверен Ландо ди Пьетро и Джованни ди Агостино, но просадка земли и трудности, связанные с чумой 1348 года, заставили муниципалитет отказаться от этого грандиозного строительства.

Сиенский собор, XIII-XIV век. Вид сверху на незавершенная часть Duomo Nuovo

В 1357 году проект по расширению Сиенского собора был окончательно заброшен. Были завершены работы по предыдущему строительному плану, Duomo Vecchio, под руководством Доменико ди Агостино, брата Джованни. В 1382 г. построили своды центрального нефа, и собор приобрел тот вид, каким мы видим его сегодня. К 1370 году работы были завершены. Свидетельством безграничных амбиций города, но и одновременно их провала, служат некоторые части этого изувеченного строения, которые заметны по сей день — это правый проход нового здания, где сейчас находится Музей Сиенского собора, и новый незавершенный фасад. Место центрального и левого нефа, которые никогда не были построены, стало современной площадью Якопо делла Кверча.

Сиенский собор, XIII-XIV век. Незавершенная часть Duomo Nuovo

История

Картина изначально украшала алтарь св. Ансана в соборе Сиены и была заказана как часть цикла из четырех запрестольных образов , посвященных святым покровителям города ( Св. Ансанусу , Св. Сабину Сполетскому , Св. Кресентиусу и Св. Виктор) в 1330–1350 гг. Они включали в себя презентации в храме по Амброджо Лоренцетти (алтарь св Крискент, 1342), в честь Рождества Богородицы по Пьетро Лоренцетти (1342, Алтарь Св Сабина), и Рождества , в настоящее время разобрана, приписываемое Бартоломео Bulgarini из 1351 г. (алтарь св. Виктора). Все картины должны представлять собой рассказы о жизни Мадонны, и были увенчаны Дуччо ди Buoninsegna «s Maesta . Использование художниками дорогого лака, обширной позолоты и труднодоступности лазурита в картине демонстрирует общественный престиж комиссии.

Деталь центральной панели

Дата написания картины указана на фрагменте оригинальной рамы, ныне встроенной в реставрацию XIX века. В нем перечислены имена Симоне Мартини и его зятя Липпо Мемми ( symon martini et lippvs memmi de senis me pinxervnt anno domini mcccxxxiii ), хотя неизвестно, какие части они исполняли. Гипотеза состоит в том, что Мартини нарисовал центральную панель, в то время как Мемми отвечал за боковых святых и тондо с пророками в верхней части.

Работа, как по размеру, так и по стилю, не похожа ни на одну другую современную живопись в Италии. Его можно сравнить с французскими иллюминированными рукописями того времени, а также с картинами из Германии или Англии. Его «североевропейский» стиль позволил Мартини позвонить из папского двора в Авиньоне , где были итальянские, но не флорентийские художники, поскольку готическая культура этого района не встретила особого интереса к классической манере Джоттеска .

Картина оставалась в соборе до 1799 года, когда великий князь Петр Леопольд перевез ее во Флоренцию в обмен на два полотна Луки Джордано . Оригинальная рама, вырезанная Паоло ди Кампореджо и позолоченная Мемми, была отремонтирована в 1420 году и заменена современной в 19 веке.

Робер Кампен. «Благовещение» (1420–30-е)

Metropolitan Museum of Art

Ангел входит в обычный бюргерский дом того времени. Мария поглощена чте­нием и не замечает его. В луче света — летящая через окно фигурка Христа. Архан­гел еще не успел заговорить с Девой, и Кампен как будто использует эту паузу, чтобы показать зрителю интерьер комнаты. На столе — лилии, в углу — до блеска начищенный бронзовый умывальник, книга обернута тканью. Все это намекает на чистоту Марии. Только что потушенная свеча, вероятно, напоми­нает о сиянии, исходившем от новорожденного Иисуса и затмившем огонь све­чи. Возможно, так Кампен подчеркивает человеческое начало Христа. Вообще, картина Кампена — пример того, как сложно иногда бывает расшифровать ни­дерландскую живопись XV века, выбрав определенное значение того или иного предмета. Например, украшенная маленькими резными львами скамейка Бого­родицы может символизировать трон Соломона, с которым сравнивали Марию и который тоже был украшен львами, а сами львы — Иисуса. А может быть, Кам­­пен написал скамейку только потому, что такая мебель была в те годы в моде.

Благовещение с единорогом (1480–1500)

Schlossmuseum, Weimar

Средневековые бестиарии рассказывали о множестве фантастических зверей и приписывали удивительные черты реальным животным. Богословы находи­ли параллели между описаниями некоторых животных и событиями из жизни Иисуса: например, жертву, евхаристию и воскресение символизировали пели­кан, кормящий птенцов собственной кровью, и лев, рождавшийся мертвым и оживавший на третий день от дыхания львицы. Еще одним символом Христа был единорог, поймать которого могла только непорочная дева. В XV–XVI ве­ках становится популярен сюжет охоты на единорога — особенно в Германии. Соответствующие иллюстрации появляются в рукописях и гравюрах, на алта­рях, гобеленах и посуде.

Изображенная на крыле алтаря Мария сидит в саду. Гавриил гонит к ней еди­норога. Архангела сопровождают четыре собаки, символизирующие доброде­тели: истину, милосердие, мир и справедливость. Изображения охоты на еди­норога часто превращались в наивное перечисление того, что символизирует Деву Марию: запертый сад, заключенный колодец  Запертый сад и заклю­ченный колодец — образы невесты из Песни песней, которую в Средние века считали про­образом Марии., неопалимая купина  Неопалимая купина — куст на горе Синай, из которого Бог говорил с Моисеем. Горе-вшая, но не сгоревшая купина символизи­ровала чистоту Марии., руно Гедеона  Согласно Ветхому Завету, Гедеон, один из су­дей Израиля, убедился в том, что Господь из­брал его, когда оставленное им на ночь руно на следующее утро осталось сухим, хотя вся земля вокруг намокла от росы, а еще через утро, наоборот, лежало мокрым на сухой земле., затворенные врата  Затворенные врата — образ из видения пророка Иезекиля, также считавшийся предвосхищением Благовещения. Через эти ворота должен был пройти Господь. и жезл Аарона  Жезл Аарона чудесным образом расцвел за ночь — в этой истории видели намек на рождение Спасителя от девы.. Светский характер сцены вызывал недовольство церкви, и в 1545 году на Тридентском соборе подобные изображения были запрещены.

Симоне Мартини. «Благовещение» (1333)

Uffizi Gallery / Wikimedia Commons

Средневековые Благовещения редко обходятся без двух атрибутов: цветов, ча­ще всего лилий, стоящих в вазе, и книги, которую читает Мария. Эти образы мы видим и в позднеготическом «Благовещении» итальянского художника Симоне Мартини — к лилии художник добавляет символизирующую мир оливковую ветвь, которую Марии вручает ангел. О том, что Мария умела чи­тать и знала текст Ветхого Завета, еще в IV веке упоминал святой Амвросий Медиоланский. Однако до второй половины IX века эти сведения не слишком впечатляли авторов иконографии, посвященной Марии. Самое раннее изобра­жение читающей Богородицы из тех, что сохранились, относится ко второй половине IX века: это резьба на шкатулке из слоновой кости, вероятно сделан­ной в Меце. Одновременно всего в 120 километрах от нее монах Отфрид Вай­сен­бург­ский пишет стихотворное изложение Евангелия и впервые упоми­нает, что в момент появления Гавриила Мария читала псалмы. С тех пор Мария встречает архангела за чтением все чаще и чаще, и к XIII веку книга становится постоянной деталью западноевропейского Благовещения, а веретено отходит византийской традиции. В том же XIII веке появляется цветок, стоящий между архангелом и Марией. Этот символ напоминал о том, что Благовещение про­изошло весной: «Назарет» в переводе с древнееврейского означает «цветок». Позже он превращается в лилию, символизирующую не только время года, но и чистоту Марии.

Мозаика на триумфальной арке в Санта-Марии-Маджоре (V век)

Diomedia

На рубеже 420–430-х годов архиепископ Константинополя Несторий учил, что «от плоти может родиться только плоть» и Сын Марии все­го лишь человек, в котором воплощается Слово Божие, но не сам Бог. В 431 го­ду в Эфесе прошел Третий Вселенский собор, постановивший, что Мария была именно Богороди­цей, и объявивший учение Нестория ересью. Марию почи­тали и раньше, но осо­бенно сильным ее культ стал именно после постановле­ния собора. В следующем году в Риме начинается работа над мозаиками Санта-Марии-Маджоре — одной из первых городских базилик, посвященных Богороди­це. Сце­на Благовещения украшает триумфальную арку, и ее авторам было важ­но показать величие Марии. Дева одета как знатная девушка, носит диадему, серь­ги и ожерелье, вокруг нее — свита ангелов. На избранность Марии наме­кает вере­тено, которое она держит в руках. В апокрифическом Протоевангелии от Иакова, написанном во II веке, сказано, что семь девушек из рода царя Дави­да (именно среди его потомков должен был появиться Мессия) были выбраны для работы над завесой Храма. Среди них была и Мария. Чтобы решить, кому что прясть, бросили жребий. Марии достались пурпур и багря­нец — самые ценные ткани. Она взяла работу домой, где ей и явился архангел Гавриил.

Пьеро делла Франческа. «Благовещение» (1452–1466)

1 / 2

Пьеро делла Франческа. БлаговещениеBasilica di San Francesco, Arezzo / Wikimedia Commons

2 / 2

Пьеро делла Франческа. Опускание Иуды Кириака в колодецBasilica di San Francesco, Arezzo / Wikimedia Commons

Благовещение могло быть и самостоятельным сюжетом, и частью цикла, по­свя­щенного Богородице, и первой сценкой в изображении жизни Христа. У Пьеро делла Франчески Благовещение неожиданно становится частью исто­рии обретения креста, на котором был распят Иисус. Мария и ангел помещены в классическое архитектурное пространство (в живописи эпохи Возрождения оно сменяет условные изображения зданий готического и ви­зантийского искус­­­ства). Ярусы здания делят композицию на два регистра: земной, в кото­ром ангел обращается к Марии, и небесный, с изображением Бога Отца.

Лаконичная композиция почти лишена деталей, поэтому обращает на себя вни­мание веревка, свисающая с балки у окна. С одной стороны, этот символ напоминает об орудиях страстей  Орудия страстей — инструменты мученичества Иисуса Христа., с другой — делла Франческа с помощью этого изображения связывает Благовещение со сценой пытки Иуды Кириака, которая изображена в верхнем регистре. Согласно апокрифической легенде, в IV веке римская императрица Елена, мать Константина Великого, который сделал христианство государственной религией в Римской империи, иници­иро­вала в Иерусалиме раскопки, чтобы найти крест, на котором был распят Иисус. Иудеи отказались помогать Елене в поисках, и тогда она велела посадить одного из них, Иуду, в высушенный колодец. Через несколько дней Иуда стал умолять освободить его и обещал помочь найти крест. Вызволенный из колод­ца, он помолился Богу — и увидел место, где находился крест: так он уве­ровал в Христа. Однако ему явился дьявол и обвинил в том, что он, в отли­чие от Иуды Искариота, предал его. Именно об Искариоте и о ве­ревке, на которой тот повесился, напоминает веревка на балке. Пустая петля, не при­годившаяся уверовавшему и спасенному Иуде Кириаку, указывает на спасение, следующее за приходом Иисуса в мир.

Кафедра Николо Пизано

В храме до сих пор находится великолепная Кафедра, шедевр Николо Пизано, созданная в 1265-69 годах вместе с сыном, Джованни Пизано и Арнольфо ди Камбио. На этой кафедре с восьмиугольным планом представлены семь плит, украшенных барельефами со сценами Рождества, Поклонения волхвов, Явления в храме, Резни невинных, Распятия и Страшного Суда. Теме Страшного суда посвящены две цельные плиты, разделенные фигурой Христа-Судьи.

Никола Пизано (с Джованни Пизано и Арнольфо ди Камбио), Кафедра, 1265-69. Мрамор, высота 4,6 м. Сиена, собор

Скученность фигур, игра драпировки, ярко выраженная светотень и текучая живописность возводят эту сиенскую кафедру в ранг европейской готической скульптуры. Участие Джованни, который был очень внимателен к развитию культуры за пределами Альп, безусловно, сильно повлияло на ее создание. Нужно так же учитывать, что классическое наследие в Сиене  не особо ценилось, и нельзя исключать, что такое патетическое и нагруженное представление было определено скульпторам самими заказчиками.

Никола Пизано, Распятие. На кафедре Сиенского собора, 1265-69. Сиена, собор.

Якопо Тинторетто. «Благовещение» (1576–1581)

Scuola Grande di San Rocco / Wikimedia Commons

На большинстве изображений Благовещения Мария спокойна. Она не пугается при виде архангела и со смирением принимает отведенную ей роль. Благове­щение Тинторетто тревожное и сумбурное. Картина написана в темных тонах, Гавриил врывается в дом, его сопровождает вихрь из путти  Путто (лат. putus — «маленький мальчик») — крылатый мальчик.; голубь, симво­лизи­рующий Святой Дух, резко устремляется вниз, а Мария в испуге отшаты­вается. Здесь нет ни цветов, ни сада, а дом напоминает руины: из стула лезут прутья соломы, за дверью небрежно навалены доски и плотницкие инструмен­ты Иосифа. За стулом мы видим старые ясли. Чтобы усилить напряжение, Тин­торетто использует резкую перспективу и странный ракурс: зритель как буд­то бы смотрит на все происходящее сверху. Динамичная композиция, поры­вистые движения и контрастное освещение предвосхищают живопись эпохи барокко, предпочитающую сдержанным Благовещениям предыдущих веков напряженные, динамичные, эмоциональные сцены.

Билл Виола. «Приветствие» (1995)

https://youtube.com/watch?v=Dg0IyGUVXaQ

Фрагмент видеоинсталляции Билла Виолы «Приветствие»

Обращаясь к вечным сюжетам, современные художники часто задумываются об их месте в истории искусства. Современный американский художника Билл Виола в своей видеоработе цитирует вовсе не евангельский рассказ, а картину «Встре­ча Марии и Елизаветы», написанную в 1529 году итальянским художни­ком Якопо Понтормо. Речь тут, правда, идет не о самом Благовещении, а о сле­дую­­щем за ним сюжете — встрече Марии с Елизаветой, матерью Иоанна Кре­стите­ля. Узнав от Гавриила о том, что ее престарелая родственница Елизавета тоже бе­ременна, Мария отправляется к ней. Елизавета тут же понимает, что Мария родит Сына Божьего, и таким образом становится первым человеком, узна­вшим о грядущем рождении Иисуса.

1 / 2

Якопо Понтормо. Встреча Марии и Елизаветы. Италия, 1529 год Propositura dei Santi Michele e Francesco / Wikimedia Commons

2 / 2

Фрагмент видеоинсталляции Билла Виолы «Приветствие» Bill Viola / Whitney Museum of American Art, New York

На картине Понтормо движения женщин как будто замедлены: этот ритм зада­ют тяжелые складки их одеяний. Замед­ленность переносит в свою работу и Вио­ла, но достигает этого эффекта други­ми средствами: съемка длиной в од­ну минуту растянута в видео до деся­ти, и обычный разговор приобретает непо­нятную значительность. Беседу двух женщин прерывает появление третьей: она обнимает одну из них и делится с ней некой новостью. Зритель не знает, кто есть кто, а просто наблюдает за эмоциями женщин.

микрорубрики
Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года

Нон-фикшн дня

Как The Beatles уничтожили рок-н-роллПушкин дня

Пушкин-русофилМонета дня

Сребреник

Архив

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Музеи мира
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector