Антонио переда натюрморт с часами

Около 1608—1678. Антонио Переда Натюрморт с часами

Натюрморт Переды — один из тех натюрмортов XVII века, в которых за кажущейся простотой обычных вещей таится символика, своеобразный образный шифр. Для понимания его необходимо знать многообразные смыслы и значения, которыми обладали для человека той эпохи самые обыденные, с нашей точки зрения, предметы. XVII век в европейской живописи был веком, когда впервые мир будничного окружения человека, предметная среда каждодневности стала полноправным сюжетом изображения. Вместе с тем этот мир простого сохранял еще свою связь с миром высоких ценностей и глубоких смыслов. И даже если не всегда в каждую вещь вкладывалось определенное символическое или аллегорическое содержание, она сохраняла свою многосмысленность, отсвечивала разными значениями. И, может быть, именно это двойное свойство вещей — то, что они одновременно воспринимались и как чисто утилитарные предметы, служившие человеку в быту, и как знаки иного — и объясняет до некоторой степени повышенный интерес этой эпохи к натюрморту.

В сущности, каждый натюрморт XVII века, даже самый бытовой, мог быть прочитан или как эмблема, или как своеобразная криптограмма

Пусть нам не всегда удается расшифровать эту криптограмму, что не столь уж важно; гораздо важнее ощущать в этих натюрмортах само наличие семантического ореола, придающего им дополнительное образное измерение. В натюрморте Переды самый характер расстановки предметов указывает зрителю на существование второго плана, второго смысла

Они расставлены искусственно, только для данного раза, они не в той ситуации, в которой оказываются обычно, когда попадают в сферу действия человека и становятся его функцией. Вещи вырваны из привычных, жизненных, бытовых связей, они находятся в искусственном отношении друг к другу — и этим уже задается угол восприятия их зрителем. Если вещи намеренно расставлены именно так, значит, сама эта расстановка заключает в себе определенное сообщение, которое зритель должен разгадать. При этом, поскольку установка на разгадывание задана, зритель ищет смысл и там, где художник, может быть, не предполагал его. В XVII столетии часы не стали еще только удобным прибором для измерения; в них сохранялось что-то от символического обозначения неумолимого быстротечного земного времени. Трудно разгадать значение этих предметов и их сопоставлений. Но трудно и не заподозрить в них некоей тайнописи, которая, конечно, современникам художника была доступнее, нежели нам. Картина поступила в Государственный музей изобразительных искусств имени А. С. Пушкина в 1930 году ив Государственного Эрмитажа.

Натюрморт в мясной лавке

Питер Артсен. Мясная лавка, или Кухня со сценой бегства в Египет. 1551 год

Изображение мясной лавки традиционно связывалось с идеей физической жизни, персонификацией стихии земли, а также с чревоугодием. На картине Питера Артсена  Питер Артсен (1508–1575) — голландский ху­дожник, также известный как Питер Длин­ный. Среди его работ — жанровые сцены на евангельские сюжеты, а также изображе­ния рынков и лавок.  почти все пространство занимает ломящийся от яств стол. Мы видим множество видов мяса: убитую птицу и разделанные туши, ливер и ветчину, окорока и колбасы. Эти образы символизируют неумерен­ность, обжорство и привязанность к плотским удовольствиям

Теперь обратим внимание на задний план. С левой стороны картины в оконном проеме поме­щена евангельская сцена бегства в Египет, которая резко контрастирует с натюрмортом на переднем плане. Дева Мария протягивает последний ломоть хлеба нищей девочке

Заметим, что окно расположено над блюдом, где крест-накрест (символ распятия) лежат две рыбы — символ христианства и Христа. Справа в глубине изображена таверна. За столом у огня сидит веселая компа­ния, выпивает и ест устриц, которые, как мы помним, ассоциируются с похо­тью. Рядом со столом висит разделанная туша, указывающая на неотврати­мость смерти и мимолетность земных радостей. Мясник в красной рубахе разбавляет вино водой. Эта сценка вторит основной идее натюрморта и отсы­лает к Притче о блудном сыне  Вспомним, что в Притче о блудном сыне есть несколько сюжетов. Один из них повествует о младшем сыне, который, получив от отца имение, продал всё и спустил деньги на рас­путную жизнь.. Сцена в таверне, равно как и мясная лавка, полная яств, говорит о праздной, распутной жизни, привязанности к зем­ным наслаждениям, приятным для тела, но губительным для души. В сцене​ бегства в Египет герои практически повернуты к зрителю спиной: они уда­ляются вглубь картины, подальше от мясной лавки. Это метафора бегства от распут­ной жизни, полной чувственных радостей. Отказ от них — один из способов спасти душу.

«Завтрак» Веласкеса : Мир искусства

June 17, 2012

Реалистическая направленность искусства Веласкеса (1599–1660) ярко проявилась и в его жанровых работах. Подобные картины приверженцы религиозной живописи презрительно именовали «бодегонес» («кабачок»). Эрмитажный «Завтрак», написанный молодым Веласкесом,– один из нескольких вариантов его картин на эту тему.

Проста, но выразительна композиция: фигуры расположены в пространстве, по сторонам от стола, накрытого белой скатертью. Лица людей, изображенных за трапезой (представителей трех возрастов – разных этапов человеческой жизни), портретны и встречаются в ряде произведений Веласкеса.

Возможно, молодой человек, иронически смотрящий на нас,– это сам Веласкес, которому было в то время около восемнадцати лет

Обращает на себя внимание натюрморт с отдельно расположенными предметами

Висящие сверху на стене шляпа и воротничок (их снимали во время еды), а также оружие, какое носили в Испании простые свободные люди – идальго, дополняют жизненную достоверность запечатленной Веласкесом сценки.

В картине сказалось известное влияние Караваджо (несколько тяжелая и плотная живопись, подчеркнутая объемность вещей, темный фон, резкие контрасты света и тени). Творчество последнего великого испанского живописца XVII века Бартоломе Эстебана Мурильо (1617–1682) представлено в Эрмитаже тринадцатью произведениями.

В искусстве этого мастера отразилось характерное для многих художников середины и особенно конца XVII века стремление к идеализации и декоративности. Однако лучшие работы Мурильо пленяют лиричностью и мягкой задушевностью, меткая наблюдательность сочетается в них с поэтической одухотворенностью. Это можно почувствовать, в частности, в ряде детских образов, созданных художником.

Музей Шерлока Холмса

Кроме того, потомки писателя были категорически против музея, посвященного его вымышленному персонажу, отказались

Старая Пинакотека

Отличительная особенность этого музея состоит в том, что среди его экспонатов нет ни произведений скульптуры, ни графики,

Музей Орсе

Работы – «Завтрак на траве» (1863) и «Олимпия» (1863), – когда-то вызвавшие бурю негодования публики

Багровые языки пламени, непроглядный мрак подземного царства, фантастические фигуры уродливых дьяволов – все

«Венера» Веласкеса

Настоящая известность «Венеры с зеркалом» началась с выставки испанской живописи, устроенной Королевской Академией

«Завтраки» Диего Веласкеса: еда как символ

Диего Веласкес, чье творчество пришлось на «золотой век» испанской живописи, был придворным художником Филиппа IV и любимым мастером жестокого, но щедрого графа Оливареса, в руках которого более 20 лет была фактически сосредоточена власть. Именно поэтому творчество художника носит светский характер, что совсем не характерно для его ярких современников, например, Мурильо и Сурбарана, создававших картины преимущественно религиозного характера.

В испанской литературе того времени был очень популярен плутовской роман, возникший в пику средневековому рыцарскому роману.

Плут и мошенник, от лица которого чаще всего ведется повествование, – это рыцарь не только без страха и упрека, но и без каких-либо моральных принципов.

Тем не менее и читатели, и зрители проникались к нему симпатией, хотя жертвами его проделок становились не только чиновники, алчные купцы и самодовольные аристократы, но и добропорядочные обыватели.

Диего Веласкес. Завтрак. ГЭ, Петербург

Этот жанр был настолько популярен, что большое число исследователей склонно интерпретировать работу Веласкеса, которому на тот момент не было и 20 лет, как иллюстрацию к одному из эпизодов такого романа. Эта картина носит название «Завтрак»: три человека сидят в харчевне за накрытым скатертью столом.

На нем нехитрая еда: два граната, хлеб, вино, тарелка с мидиями, в руках старика – корень пастернака, забытого овоща, который теперь даже на рынке не всегда можно найти в отличие от имбиря или маргеланской редьки. Отдаленно он напоминает белую морковь и, хотя очень полезен, за свой резкий запах не очень любим.

Некоторые исследователи, правда, полагают, что это мог бы быть кальмар или каракатица, но в Музее изобразительных искусств в Будапеште хранится более поздний вариант «Завтрака», близкий по своей композиции с эрмитажной работой. Вместо юноши в центре – молодая девушка с кувшином вина.

Она наполняет им бокал, за которым тянется старик, увлеченный беседой, в то время как корень пастернака в забвении лежит у края стола.

Тем не менее, герои этой картины, мальчик, держащий вино, и юноша, сидящий справа в желтом кафтане, больше похожи на искусных шарлатанов, которые решили поживиться за счет почтенного идальго.

Он, не желая запачкать за завтраком свой белоснежный воротник, повесил его вместе со шляпой на крюк, и уже готов был попробовать дары моря, когда за его стол, накрытый на одного человека, подсели молодые люди. И вот уже графин вина у смеющегося мальчугана, и вряд ли молодые люди собираются за это вино платить.

Диего Веласкес. Завтрак. МИИ, Будапешт

Но есть у этой работы, на первый взгляд довольно прозаичной, и более интересная трактовка.

Стол, накрытый на одного, три персонажа разных возрастов, еда, имеющая символическое значение: вино – Кровь Христова, хлеб – его Тело, гранаты как традиционный символ воскресения.

При желании можно действительно отнестись к работе Веласкеса как к изображению Троицы, особенно учитывая то, что на более поздней работе вместо мидий на картине художник изображает рыбу, которая стала символом Иисуса Христа еще у первых христиан.

Художник, который часто играет со зрителем, то оставляя зашифрованные послания на полотне, то строя композицию так, что ее можно читать по-разному и поражаться многоплановости работы, вполне может использовать символическое значение обыденных вещей.

Еда как неотъемлемая часть жизни становится инструментом в его руках, позволяющим не только продемонстрировать свое мастерство рисовальщика или усадить героев за накрытый стол, выстроив композицию будущего шедевра, но и почувствовать себя тем самым трикстером, плутом, и если не обвести нас вокруг пальца, то заставить поломать голову за бокалом вина.

Любовь Лебедева

Анонс новостей в нашем канале Я.Дзен

Гимн красоте божественного творения

Силу воздействия живописных образов на религиозные чувства верующих прекрасно понимали отцы церкви

И, несмотря на аскетизм ранних сюжетов, роза и лилия одними из первых стали пользоваться особым вниманием. 

Алтарь Барди

Сандро Боттичелли

1485, 185×180 см

Лилия — любимица древних властителей и императоров. С расцветом христианства ее белоснежным лепесткам было доверено символизировать непорочность Девы Марии. Цветок стал практически неизменной деталью сцен Благовещенья в европейском изобразительном искусстве.

Роза — покорительница сердец, — никогда не была лишена внимания. Ее насыщенный красный цвет и шипы красноречиво повествовали о страданиях Христа. Сплетённые же вместе белые (символ чистоты Марии) и алые розы знаменовали собой объединение в вере всех христиан (Альбрехт Дюрер «Праздник венков из роз» или «Праздник чёток»).

Праздник четок (Праздник розовых венков)

Альбрехт Дюрер

1506, 162×194.5 см

Ирис — белый символизирует чистоту,синий — материнскую скорбь.

Изображение цветов в религиозных сюжетах позволяло навеки запечатлеть красоту мудрости и щедрости самого Творца, напоминая и о бренности земной жизни. Эта христианская идея отражена в картине Яна Давидса де Хема (1606−1683) «Натюрморт с распятием и черепом» (Мюнхен, Старая Пинакотека). О скоротечности жизни в цветочном memento mori, как правило, напоминает изображение часов или черепа. В натюрморте же с другим набором предметов в этой роли выступает сам цветок.

Цветы в стеклянной вазе, распятие и череп

Ян Давидс де Хем

85×103 см

Включенный в букет хлебный колос символизирует не только хлеб Причастия,но и Воскресение, поскольку человек, подобно зерну, возрождается к новой жизни после погребения в землю. В композиции другой картины Яна Давидса де Хема -«Букет цветов в стеклянной вазе», — очевидно доминирование алого мака и белой гвоздики. Внимательному зрителю мак напоминал о скоротечности живой красоты,а скрытые в нем семена — о смерти и забвении. Белая гвоздика символизировала чистую и ясную христианскую жизнь.

Цветы в вазе

Ян Давидс де Хем

На протяжении XVI столетия светская символика в искусстве постепенно отвоевывала все больше прав. Так, красная гвоздика — в христианском искусстве символ любви и страдания, ассоциирующийся с кровью, пролитой Христом, уже все чаще в портрете XV—XVI вв., особенно в парном, сопровождает влюбленных и служит указанием на обручение. Цветок стал общепринятым, и по сей день сохранившим свое значение атрибутом доблести и отваги, революции, причем,не только Октябрьской, но, прежде всего, Французской.

Автопортрет

Отто Дикс

Портрет купца Георга Гиссе

Ганс Гольбейн Младший

1532, 97.5×86.2 см

Мужской портрет

Ян ван Эйк

1435, 41×31 см

Мадонна с гвоздикой

Леонардо да Винчи

1478, 67×42 см

Мужчина с розовой гвоздикой

Андреа Соларио

Портрет Помпеюса Окко

Дирк Якобс

54×66 см

Автопортрет

Отто Дикс

Портрет купца Георга Гиссе

Ганс Гольбейн Младший

1532, 97.5×86.2 см

Интересно, что в случае многозначности символа принимается во внимание то из его значений, которое соответствует общему духу картины. Например,чертополох в Германии указывал на помолвку — этот намек и усматривали раньше исследователи известного автопортрета Альбрехта Дюрера с чертополохом

Однако надпись в верхней части картины — «мои дела определяются сверху» (стар. нем.), — указывает на еще одну символику растения — Страсти Христовы. Так художник выразил преданность Богу, подчеркнув свою мысль чертополохом в руке.

Автопортрет с остролистом (Автопортрет с чертополохом)

Альбрехт Дюрер

1493, 56×44 см

В миниатюрах календарей франко-фламандских часовников XV в., цветы — признанные атрибуты апреля и весны вообще в позднейших циклах картин на тему «Месяцы» или«Времена года». Один из самых изысканных образов возрождающейся природы запечатлен в миниатюре«Апрель» («Роскошный часослов герцога Беррийского») братьев Лимбургов: дамы в изящных придворных платьях собирают цветы на яркой зелени луга.

Но что нам «скромные цветы»? Довольно неожиданно выглядит «Автопортретс подсолнухом» Антониса ван Дейка! Дело в том, что подсолнух был только-только завезен испанцами в Европу из Перу (произошло это в 1569 г.), и еще столетие его выращивали в садах как диковинку. Заметив, что подсолнух поворачивается вслед за небесным светилом, его стали считать символом солнца (Творца, монарха) и судьбы, а также верности. Видимо, изображение растения на автопортрете придворного живописца — свидетельство непоколебимой преданности мастера своему покровителю, английскому королю Карлу I.

Автопортрет с подсолнухом

Антонис ван Дейк

1632, 73×60 см

Натюрморт в рыбной лавке

Рыбный натюрморт — это аллегория водной стихии. Такого рода произведе­ния, как и мясные лавки, часто были частью так называемого цикла перво­стихий  В Западной Европе были распространены большие живописные циклы, состоявшие из нескольких картин и, как правило, висев­шие в одной комнате. Например, цикл времен года (где с помощью аллегорий изобража­лись лето, осень, зима и весна) или цикл первостихий (огонь, вода, земля и воздух). и, как правило, создавались для украшения дворцовых столовых. На первом плане картины Франса Снейдерса  Франс Снейдерс (1579–1657) — фламандский живописец, автор натюрмортов и барочных анималистических композиций. «Рыбная лавка» изображено множество рыбы. Здесь есть окуни и осетры, караси, сомы, семга и другие дары моря. Часть уже разделана, часть ожидает своей очереди. Эти изображения рыб не несут никакого подтекста — они воспевают богатство Фландрии.

Франс Снейдерс. Рыбная лавка. 1616 год

Рядом с мальчиком мы видим корзину с подарками, которые он получил ко Дню святого Николая  В католичестве День святого Николая при­нято отмечать 6 декабря. В этот праздник, как и на Рождество, детям дарят подарки.. На это указывают привязанные к корзине дере­вян­ные красные башмачки. Помимо сладостей, фруктов и орехов, в корзине лежат розги — как намек на воспитание «кнутом и пряником». Содержание корзины говорит о радостях и горестях человеческой жизни, которые посто­янно сме­няют друг друга. Женщина объясняет ребенку, что послушные дети получают подарки, а дурные — наказание. Мальчик отпрянул в ужасе: он поду­мал о том, что вместо сладостей получит удары розгами. Справа мы видим оконный проем, в котором можно разглядеть городскую площадь. Группа детей стоит под окнами и радостно приветствует кукольного шута на балконе. Шут — неотъемлемый атрибут народных праздничных гуляний.

Натюрморт с накрытым столом

В многочисленных вариациях сервировки столов на полотнах голландских ма­стеров мы видим хлеб и пироги, орехи и лимоны, колбасы и окорока, омаров и раков, блюда с устрицами, рыбой или пустыми раковинами. Понять эти натюрморты можно в зависимости от набора предметов.

Геррит Виллемс Хеда. Ветчина и серебряная посуда. 1649 год

На картине Геррита Виллемса Хеды  Геррит Виллемс Хеда (1620–1702) — автор натюрмортов и сын художника Виллема Класа Хеды. мы видим блюдо, кувшин, высокий стеклянный бокал и опрокинутую вазу, горчичницу, окорок, смятую салфетку и лимон. Это традиционный и излюбленный набор Хеды. Расположение пред­метов и их выбор неслучайны. Серебряная посуда символизирует земные богатства и их тщетность, ветчина — плотские удовольствия, привлекательный с виду и кислый внутри лимон олицетворяет предательство. Погасшая свеча указывает на бренность и мимолетность человеческого существования, беспорядок на столе — на разрушение. Высокий стеклянный бокал-«флейта» (в XVII веке такие бокалы использовались как мерная емкость с метками) хрупок, как человеческая жизнь, и в то же время символизирует умеренность и умение человека контролировать свои порывы. В целом в этом натюрморте, как и во многих других «завтраках», с помощью предметов обыгрывается тема суеты сует и бессмысленности земных наслаждений. 

Питер Клас. Натюрморт с жаровней, сельдью, устрицами и курительной трубкой. 1624 год

Большая часть изображенных предметов на натюрморте Питера Класа  Питер Клас (1596–1661) — голландский художник, автор множества натюрмортов. Наряду с Хедой считается основателем хар­лемской школы натюрморта с ее геометриче­скими монохромными картинами. явля­ются эротическими символами. Устрицы, трубка, вино отсылают к кратким и сомнительным плот­ским удовольствиям. Но это всего лишь один вариант прочтения натюрморта. Посмотрим на эти образы под другим ракурсом. Так, раковины — это символы бренности плоти; трубка, с помощью которой не только курили, но и выдували мыльные пузыри, — символ внезапности смерти. Современник Класа, голланд­ский поэт Виллем Годсхалк ван Фоккен­борх, в стихотворении «Моя надежда — это дым» писал:

Теме быстротечности человеческого существования противопоставляется бессмертие души, и знаки бренности внезапно оказываются символами спа­сения. Хлеб и стеклянный бокал с вином на заднем плане ассоциируются с телом и кровью Иисуса и указывают на таинство причастия. Сельдь — еще один символ Христа — напоминает о посте и постной пище. А раскрытые раковины с устрицами могут сменить свое негативное значение на прямо противоположное, обозначая человеческую душу, отделившуюся от тела и готовую вступить в вечную жизнь.

Разные уровни трактовки предметов ненавязчиво говорят зрителю о том, что человек всегда волен выбирать между духовным и вечным и земным прехо­дящим.

Сочинение по картине Завтрак — Диего Веласкес

Испанский художник Диего Веласкес родился и вырос в Севилье. Его первые произведения — к ним принадлежит и эрмитажный «Завтрак» — написаны в этом городе.

Испанское искусство долго было сковано рамками религиозных сюжетов. На рубеже XVI и XVII столетий появляются картины, герои которых-не персонажи священных писаний, а обычные люди.

Большое распространение получают так называемые Бодегонес — изображения сцен в темном интерьере, освещенном только узко направленным пучком света, с одинокой или немногочисленными фигурами и обязательным натюрмортом.

В творчестве Веласкеса севильского периода этот жанр занял ведущее место.

«Завтрак» — одно из наиболее ранних произведений молодого мастера. В нем чувствуется увлечение натурой, стремление передать сцену как можно реальнее. Веласкесу позировали хорошо знакомые люди, их изображения встречаются во многих работах художника.

Так, старик слева повторяется в сходном варианте Будапештского музея. Мальчика, находящегося в центре нашей картины, можно видеть в «Музыкантах» , в «Приготовлении яичницы» и «Севильском продавце воды» .

Что касается фигуры справа, то существует предположение, что это автопортрет Веласкеса. Несмотря на желание художника сделать сцену непринужденной, персонажи выглядят позирующими. Здесь еще нет той свободы, артистичности исполнения, которые свойственны произведениям Веласкеса зрелого периода.

С большой тщательностью выполнен натюрморт. Художник старается воспроизвести фактуру вещей. Он любуется игрой вина в стакане, красной мякотью и коричневой кожурой граната.

В этой детали видно наивное восхищение молодого художника беспредельными возможностями живописи.

«Завтрак» — одна из тех работ, которые не только помогают понять истоки независимого и по-особенному свежего творчества живописца, но одновременно представляют интерес и для общего понимания истории испанского искусства в один из переломных и самых значительных ее этапов, в период становления реализма XVII века.

Картина Веласкеса принадлежит к наиболее ранним приобретениям Эрмитажа; поступила до 1772 года.

(1

Vanitas, или «Ученый» натюрморт

Жанр так называемого «ученого» натюрморта получил название vanitas — в переводе с латыни это означает «суета сует», другими словами — «memento mori» («помни о смерти»). Это самый интеллектуальный вид натюрморта, аллегория вечности искусства, бренности земной славы и человеческой жизни. 

Юриан ван Стрек. Суета сует. 1670 год

Меч и шлем с роскошным плюмажем на картине Юриана ван Стрека  Юриан ван Стрек (1632–1687) — амстердам­ский художник, известный своими натюрмор­тами и портретами.  ука­зывают на мимолетность земной славы. Охотничий рог символизирует богат­ства, которые невозможно взять с собой в иную жизнь. В «ученых» натюрмор­тах часто встречаются изображения раскрытых книг или небрежно лежащих бумаг с надписями. Они не только предлагают задуматься об изображенных предметах, но и позволяют использовать их по назначению: прочесть открытые страницы или исполнить записанную в нотной тетради музыку. Ван Стрек изо­бразил набросок головы мальчика и раскрытую книгу: это трагедия Софокла «Электра», переведенная на голландский. Эти образы указывают на то, что ис­кусство вечно. Но страницы книги загнуты, а рисунок помят. Это признаки начавшейся порчи, намекающие на то, что после смерти даже искусство не пригодится. О неизбежности смерти говорит и череп, а вот обвивающий его хлебный колос символизирует надежду на воскресение и вечную жизнь. К середине XVII века череп, обвитый хлебным колосом или вечнозеленым плющом, станет обязательным предметом для изображения в натюрмортах в стиле vanitas. 

микрорубрики
Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года

Похмелье дня

У коня БоДжека на яхтеНон-фикшн дня

Сборник статей Бориса УспенскогоЮтьюб-канал дня

Мультфильмы-лекции обо всем на свете

Архив

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Музеи мира
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector