Музеймузей-квартира а.м. горького

О доме

1 / 9

Собственный дом семьи Шехтель на Петербургском шоссе. 1895 годАрхив семьи потомков Ф. О. Шехтеля / PastVu.com

2 / 9

Особняк семьи Шехтель в Ермолаевском переулке. 1904–1910 годыPastVu.com

3 / 9

Портал лестницы в особняке семьи Шехтель в Ермолаевском переулке. 1900-е годыPastVu.com

4 / 9

Особняк семьи Шехтель на Большой Садовой. 1910-е годыWikimedia Commons

5 / 9

Гостиная особняка Шехтеля на Большой Садовой. 1910 годМузей предпринимателей, меценатов и благотворителей

6 / 9

Федор Шехтель в холле собственного дома на Большой Садовой. 1910-е годыWikimedia Commons

7 / 9

Федор Шехтель в своем рабочем кабинете в доме на Большой Садовой. 1910-е годыАрхив семьи потомков Ф. О. Шехтеля

8 / 9

Изображение ирисов над входом в особняк в Ермолаевском переулке «Отзыв.ру»

9 / 9

Афина с музами живописи, архитектуры, скульптуры и музыки над входом в особняк на Большой Садовой. 2018 год Андрей Филиппов / CC BY 2.0

Шехтель родился в Петербурге в 1859 году, до шестнадцати лет жил в Саратове, а большую часть жизни провел в Москве. Там он построил три собственных дома — на Петербургском шоссе (1899), в Ермолаевском переулке (1896) и на Большой Садовой (1910). Первый, несохранившийся дом был похож на загородную дачу, второй сочетал элементы неоготики и модерна, в третьем соединялись модерн и неоклассика. Над дверью дома в Ермолаевском изображены три цветка ириса (жизненный цикл), над входом на Большую Садовую — Афина с музами живописи, архитектуры, скульптуры и музыки. 

В письме говорится о продаже последнего дома архитектора на Большой Садовой. Во дворе Шехтель планировал построить мастерскую, но эти планы так и не получилось претворить в жизнь. На первом этаже были пространства для работы, приема гостей и выставок. На втором — комнаты членов семьи. Пространство как будто перетекало по лестнице: общественная зона превра­щалась в частную. В кабинет можно было войти тремя разными путями, в том числе напрямую с заднего двора, чтобы не тревожить семью. По семейным рассказам, на плоской крыше особняка можно было пить чай, а дети иногда катались там на роликах. Семья прожила в доме всего семь лет: из-за нехватки денег Федор Осипович был вынужден продать его и переехать к дочери Вере на Малую Дмитровку.

О работе с друзьями

1 / 4

Федор Шехтель. Эскиз театра «Антей» в саду «Эрмитаж»a-dedushkin.livejournal.com

2 / 4

Дача Саввы Морозова на реке Киржач. 1892 год«Отзыв.ру»

3 / 4

Главный дом усадьбы Павла фон Дервиза в Кирицах. Начало XX векаБольшая российская энциклопедия

4 / 4

Кабинет и лестница в библиотеку. Интерьер особняка Алексея Морозова в Подсосенском переулке, переделанный Федором Шехтелем. 1900–1905 годыPastVu.com

Шехтель переехал из Саратова в Москву в 1875 году. Тогда же 16-летний Федор поступил на архитектурное отделение в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, но через три года был отчислен из-за плохой посещае­мости. Возможно, причиной была болезнь матери, работавшей экономкой в семье известного мецената Павла Третьякова: нужно было зарабатывать и помогать семье (отец архитектора Осип Осипович Шехтель умер рано, когда Федору было 8 лет, в семье было много детей).

Молодой Шехтель работал в мастерской архитектора Александра Каминского. Не имея законченного профильного образования, он не мог воплощать в Москве собственные проекты, поэтому в 1880-е и в начале 1890-х годов Шехтель строил в основном загородные купеческие дачи — например, Савве Морозову на реке Киржач и меценату Сергею фон Дервизу в Кирицах, — а также проектировал интерьеры частных домов или выполнял заказы в соавторстве с другими архитекторами (в этом случае можно было обойти отсутствие диплома). Среди таких работ — особняки Павла Харитоненко на Софийской набережной или Алексея Морозова в Подсосенском переулке. 

Параллельно Шехтель сотрудничал с журналами как оформитель и виньетист: оформлял первую книгу Чехова «Пестрые рассказы», создавал декорации и костюмы для театральных постановок и народных гуляний вместе с Михаилом Лентовским  Например, к Всероссийской художественно-промышленной выставке на Ходынском поле в 1870 году и аллегорическому шествию «Весна красна» в рамках торжеств по случаю коронации Александра III в 1883-м. и так далее. А еще он участвовал в строительстве и оформлении театров. К работе над театром «Антей», который находился в Москве в саду «Эрмитаж», на берегу Неглименских прудов  Сейчас в этом месте 3-й Самотечный переулок., Шехтель привлек художника Николай Чехова, брата писателя. Но тот подвел его: получил гонорар и пропал без вести (по-видимому, запил), потом объявился, попросил дополнительный гонорар и снова испарился. В итоге к проекту привлекли художника Константина Коровина.

О черных мыслях и ложке каши на вес золота

Федор Шехтель, его жена Наталья, дочь Вера и внучка Марина на даче в Петровско-Разумовском. 1926 год

Это письмо дочери Вере не датировано, но из текста очевидно, что написано оно после революции. У архитектора почти нет работы, он должен обеспечи­вать себя, жену и дочь Китти. Шехтель пытается продавать мебель, предметы из своей коллекции и книги. В последние годы Шехтель болел раком желудка и испытывал сложности с приемом пищи. В письме Марии Чеховой Федор Осипович рассказывает, что его сложно узнать: на лице остался только нос, а в другом письме Вере мрачно шутит, что готов попросить у влиятельного наркома просвещения Луначарского цианистый калий:

О Музее изящных искусств и заваленных дедлайнах

Строительство Музея изящных искусств. 1905 год

В 1896 году Иван Цветаев привлек Шехтеля вместе с другими известными архитекторами к участию в конкурсе на здание Музея изящных искусств (нынешний ГМИИ имени Пушкина). В итоге на конкурс предоставили 17 проектов, и шехтелевского среди них не было. Не успев его сделать, Федор Осипович написал это покаянное письмо.

Шехтель очень сопереживал цветаевской идее, который хотел сделать первый общедоступный музей, где можно было бы наглядно изучать искусство Европы и Востока. Цветаев попросил архитектора помочь с привлечением жертвова­телей, так как он свой человек в самом сильном кругу Москвы, — в результате спонсорами стали многие из его клиентов, а также сам Шехтель, оплативший слепки фриза Пергамского алтаря, которые делались в Берлине. А в 1898 году он выполнил проект Палаты славы русских художников, литераторов и ученых в византийском стиле. В дневнике Цветаев пишет, что план Шехтеля давал «место целому ряду ниш с полукуполами и куполом в центре. Для визан­тийско-русской внутренней орнаментики тут было широкое и благодатное поле. Васнецову, который также с восторгом относился к этому проекту Шехтеля, было бы где разгуляться с его колоссальным талантом»  Цит. по: Е. И. Кириченко. Ф. О. Шехтель. Жизнь. Образы. Идеи. М., 2011.. Цветаеву проект очень понравился, однако по не зависящим от него причинам реализовать его не удалось.

О путешествиях и любимых городах

Федор Шехтель в Алупке. 1916 год

Архитектор Илья Бондаренко вспоминал, что Шехтель ежегодно бывал за границей, хорошо знал языки и в путешествиях продолжал работать, стараясь не терять ни минуты. В том же письме, отправленном из парижского отеля теще, он говорит, что не тратит на дорогу дневное время: «…езжу по железным дорогам только ночью, где, набегавшись и устав накануне, отлично сплю в вагоне, кажется даже, мог бы и стоя спать». Маршрут пролегал через Варшаву, Вену, Венецию, Флоренцию, Рим, Неаполь, Геную, Ниццу, Париж, Брюссель, Кельн, Берлин, Лондон и другие города. В другом письме, адресованном дочери Китти и недатированном, Шехтель рассказывает: «Так много бегал, что поплатился левой ногой; до сего времени не могу как следует залечить натертые пальцы; пришлось даже в первый день, как я добрался сюда, сидеть на солнце; благо оно жарит и печет вовсю». Попадая в новый город, Шехтель непременно подмечал его особенности, посещал музеи и анали­зировал увиденное.

Об итогах жизни

Надгробие семейного захоронения Шехтелей на Ваганьковском кладбище. 1920-е годы

После революции Шехтель старался встроиться в новую жизнь и найти работу. Он хотел строить при любых обстоятельствах: работал в архитектурно-техни­ческом совете Комитета по строительству государственных сооружений (Комгоссоре), возглавлял Художественно-производственную комиссию Научно-технического отдела ВСНХ, читал лекции по истории искусства во ВХУТЕМАСе. Его приглашали в жюри многих конкурсов. Как архитектор он сам участвовал в конкурсах на мавзолей, памятник 26 бакинским комис­сарам, делал проект Днепрогэс. Большая часть проектов Шехтеля, сделанных в то время, не были осуществлены. Да и подводя итог своей жизни, он упоми­нает именно дореволюционные здания. 

Весной 1926 года архитектор с семьей переедет на дачу в Петровско-Разумов­ском, где проживет последний месяц — вплоть до смерти 7 июля. Шехтель похоронен на семейном участке на Ваганьковском кладбище. Памятник и участок он оформил в 1895 году, когда не стало его сына Бориса. 

Аrzamas благодарит за помощь потомков Федора Шехтеля Федора Ращевского и Киру Сергеевну Лазареву-Станищеву, предоставивших письма архитектора, сохранившиеся в семейном архиве. 

микрорубрики
Ежедневные короткие материалы, которые мы выпускали последние три года

Нон-фикшн дня

Как The Beatles уничтожили рок-н-роллПушкин дня

Пушкин-русофилМонета дня

Сребреник

Архив

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Музеи мира
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

Adblock
detector